Из челноков — в приличные люди. Российская розница за четверть века проделала путь до гигантской распределительной системы

Опубликовано: 28-10-2016, 16:23            Просмотров: 894

Российская розница за четверть века проделала путь от стихийной торговли до гигантской распределительной системы со сформировавшимися правилами и гигантским ассортиментом.

За какие–то 25 лет "лицо" розничной торговли в России изменилось кардинально. На смену хаотично натыканным торговым палаткам, продавцам, торгующим на раскладных столиках и ящиках, контейнерным рынкам пришли современные розничные форматы: магазины у дома, супермаркеты и гипермаркеты, бутики и модные дома. Челноков заменили дистрибьюторы, появились менеджеры по закупкам, мерчендайзеры и торговые представители. Зарубежные сети, которые стали выходить на российский рынок в конце 1990–х годов, принесли понятия входных бонусов и платы за полку. Сегодня самый примитивный магазин у дома насчитывает столько наименований, что в 1991 году мы и не предполагали, что существует такая широта и глубина ассортимента. Не предполагали до тех пор, пока не упал железный занавес. В челночную эпоху особо слабонервным россиянам в буквальном смысле становилось плохо за границей от изобилия товаров, красивой одежды, техники. В 1990–е розница менялась стремительно. В 1993–1994 годах стали появляться первые российские сетевые магазины: "М.видео", "Техносила", "Эльдорадо", чуть позже "Лента" и "Пятерочка". Спустя десятилетие нас захлестнула эра онлайн–торговли. Ежегодно растет число онлайн–покупок, мы стали жить в кредит и все чаще расплачиваться банковскими картами. Российская розница за 15–20 лет проделала такой путь, который Европа и США преодолевали более чем за 40–50 лет.

Из СССР в Россию

Петербург не только родина российской цивилизованной розницы, где зародились "Пятерочка", "Лента", "Карусель", "О’Кей", но и первый город в СССР, в котором открылись универсальные магазины. Первый универсам самообслуживания был открыт в Ленинграде в 1970 году и назывался "Фрунзенский". До этого момента торговля велась исключительно через прилавок. По данным бизнес–тренера, автора книг о ретейле Антона Монина, площадь торгового зала "Фрунзенского" составляла 1,2 тыс. м2, в нем было 15 кассовых аппаратов, итальянское и американское оборудование. Магазин обслуживал в день до 17 тыс. покупателей. К 1980 году в Ленинграде насчитывалось уже 30 универсамов.

С начала 1992 года начинается новая жизнь, толчок к которой дал принятый в конце 1991 года указ президента РФ "О мерах по либерализации цен", в результате 90% розничных и 80% оптовых цен освободили от госрегулирования, за исключением наиболее социально значимых потребительских товаров и услуг (хлеб, молоко, общественный транспорт и др.). Это привело к повышению цен в тысячи раз. По оценкам экспертов, за 1991 год цены в магазинах выросли на 160%, а в 1992–м — уже на 2500%.

"До 1 ноября 1990 года доллар в СССР официально стоил 63 копейки, хотя граждане и коммерческие организации купить его по этой цене не могли. В апреле 1991 года на первых рыночных торгах за доллар давали 32,35 рубля, 3 января 1992 года — 150 рублей, а 24 декабря 1992–го — уже 414,5 рубля. Падение рубля отражало жесточайший финансовый кризис, который привел к краху СССР", — вспоминает Антон Монин в своей книге "История развития торговли в России". В тот период покупательная способность снизилась, так как из–за инфляции население осталось без средств. Многие предприятия сократили обороты, появилась безработица. Стремление государства справиться с инфляцией приводило к дефициту.

В 1992 году началась массовая приватизация в соответствии с принятым в июле 1991 года законом "О приватизации государственных и муниципальных предприятий". Магазины, рестораны, предприятия общепита и бытового обслуживания находились в муниципальной собственности и подлежали в 1992 году обязательной приватизации. Чаще всего коллективы магазинов сами выкупали бизнес.

Кроме того, в начале 1992 года вышел указ президента РФ "О свободе торговли", который давал право предприятиям и гражданам заниматься торговлей, посреднической и закупочной деятельностью без специальных разрешений, за исключением торговли оружием, боеприпасами, лекарствами и т. п. Отменялись таможенные платежи на товары, ввозимые в Россию. Первоначально торговлю разрешили в любых удобных местах, кроме проезжих частей, станций метро и зданий органов власти, но уже через полгода ее ограничили "местами, отведенными органами исполнительной власти". Страна поделилась на продавцов и покупателей.

"В сознании народа были легализованы понятия "спекуляция" и "фарцовка", за которые при советской власти можно было угодить в тюрьму. Многие, несмотря на острую неприязнь к торгашам, пошли в торговлю — от безысходности, потому что работать было негде, а кормить семью надо", — вспоминает Антон Монин.

Точка отсчета

В 1992–1994 годах появились челноки, которые возили товары из Турции, Польши, Финляндии, Китая. По расчетам Института экономики переходного периода, в 1995–1999 годах стоимость ввозимых челноками из дальнего зарубежья товаров достигала $2,5–3 млрд в квартал, что составляло примерно треть всего российского импорта (без учета импорта из других стран СНГ). При этом официально зарегистрированный импорт одежды, обуви, бытовой техники, тканей, парфюмерии в 1995 году составлял около $1,5 млрд.

Стали появляться магазины, похожие на зарубежные. В 1993 году в городе открылся первый супермаркет "Супер Бабилон", который работает, кстати, и по сей день. Это был совместный российско–голландский проект. "Вначале русский магазин был копией голландских SUPER, но за 1993 год ассортимент сильно изменился. Так, например, были выявлены некоторые голландские товары, которые русские люди не покупали, поскольку эти продукты были им незнакомы", — вспоминают в компании.

В Петербурге в это время начинают зарождаться первые продуктовые сети, которые позже станут федеральными, — в 1993 году первый магазин–склад "Лента" в торговом формате cash & carry (гипермаркет под этим брендом откроется в 1999 году) открыл 25–летний петербургский предприниматель Олег Жеребцов, успевший до этого поторговать компьютерами, появилась сеть "Холидей" (в 1995 году обанкротится), в 1998 году 34–летний предприниматель Андрей Рогачев создает с партнерами "Пятерочку", в 1994 году — 27–летний Олег Тиньков, также успевший постигнуть азы челночного бизнеса, открыл свой первый розничный магазин Sony, вскоре — второй. Успех первых двух точек подтолкнул его к решению развивать магазины под одним брендом, и спустя год он открывает их уже под вывеской "Техношок".

Одежные сети массово начали развиваться чуть позже, с началом строительства торговых центров в 1997–1998 годах, однако нынешние федеральные игроки Sela, Zarina, oodji тоже родились в 1990–е годы в Петербурге (в 1991, 1993 и 1998 годах соответственно).

В конце 1990–х в Россию пришли первые зарубежные ретейлеры. Так, в 1997 году в Москве открылась турецкая сеть "Рамстор" (позже ее поглотит "Ашан"), в 2000–м — шведский концерт ИКЕА, в 2001–м — немецкая компания Metro Сash&Сarry, в 2002–м — французский "Ашан".

На середину двухтысячных годов пришелся активный рост сетей: появлялись новые игроки, выручка росла стремительными темпами, сети из региональных становились федеральными, ежегодно инвестируя в огромное количество новых точек.

Wal–Mart прошел мимо

Кризис 2008–2009 годов заставил ретейлеров пересмотреть свои стратегии, заморозить планы по открытиям, компании стали больше заниматься эффективностью и снижать долговую нагрузку.

Россия ждала прихода американского гиганта Wal–Mart, но он так и не нашел подходящего игрока для покупки, хотя переговоры вел. Российское представительство ретейлера № 1 в мире проработало с 2008 по 2011 год и закрылось. Второй в мире ретейлер по обороту — французская сеть Carrefour изучала российский рынок 5 лет, в 2009 году она открыла два гипермаркета — в Москве и Краснодаре, однако спустя несколько месяцев приняла решение уйти с российского рынка. "Решение продать подразделение группы в России связано с отсутствием у компании перспектив достижения на российском рынке лидерства в краткосрочной перспективе", — говорилось в отчетности Carrefour. Однако продать российский бизнес (речь шла о переуступке прав долгосрочной аренды за 12–17 млн евро) французский ретейлер так и не смог. В итоге собственники помещений досрочно расторгли соглашения с Carrefour, а их места сдали в аренду конкурентам.

По мнению экспертов, если бы иностранные компании вошли на российский рынок пораньше, то, скорее всего, смогли бы без проблем захватить его, как это произошло в Польше, Чехии, Венгрии. Зарубежные операторы пришли туда в начале 1990–х годов и примерно за 5 лет заняли лидирующие позиции. Но в нашей стране иностранцев сильно напугал кризис 1998 года.

Копят, а не тратят

Последние 2 года розничный рынок переживает серьезные потрясения: введение санкций, падение рубля, слабая покупательная способность отразились на марже ретейлеров и производителей, которые придумывают совместные программы по стимулированию продаж. Кстати, в 2015 году оборот розничной торговли, по данным Росстата, показал самое сильное падение с 1991 года — минус 8,1% за первое полугодие. Предыдущий рекорд падения был в 1995 году — 6,2% по итогам года. И это уже не кризис, а новые экономические условия. Министр экономического развития РФ Алексей Улюкаев на одном из форумов отметил, что "былая экономическая модель отмирает, мир меняется. Сейчас потребительская модель уходит в прошлое, ей на смену приходит сберегательная. Именно в эту тенденцию вступает и Россия", имея в виду, что россияне разделяют мировую тенденцию: траты сокращаются, сберегательные накопления растут.